Форум Протвино


Яндекс.Метрика

 
Вернуться   Форум города Протвино > Протвино-Россия-мир: вчера, сегодня и завтра > Россия: вчера, сегодня и завтра
Регистрация Справка Пользователи Календарь Поиск Сообщения за день Все разделы прочитаны

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
  #1  
Старый 24.11.2007, 16:40
Аватар для Михаил Конопля
Михаил Конопля Михаил Конопля вне форума
Заблокирован
 
Регистрация: 15.09.2005
Адрес: Протвино
Сообщения: 1,844
Вес репутации: 0
Михаил Конопля - роза среди колючек Михаил Конопля - роза среди колючек Михаил Конопля - роза среди колючек Михаил Конопля - роза среди колючек
Сообщение Конец демократического эксперимента


Конец демократического эксперимента
Семидесятилетнее строительство коммунизма в России мы привыкли называть экспериментом. По общему мнению, неудачным. Однако сегодня такой безапелляционный подход вызывает всё больше сомнений. Если эксперимент провалился, то почему над политическим пространством, словно восставший из пучины град Китеж, снова возвышается партия-близнец КПСС? Почему рекламная кампания правящей партии полностью опирается на советские архетипы и советскую символику, а программные установки всех без исключения оппозиционных сил можно выразить одним лозунгом: "больше социализма!"
Такое впечатление, что покойник и не думал умирать, а только прикорнул ненадолго. А вот строительство демократии в России действительно оказалось экспериментом, причём неудачным.
Назвать проходящие выборы в России демократическим волеизъявлением язык не поворачивается. Думаю, результат каждой партии спланирован заранее с точностью до одного-двух процентов. Плановые цифры доведены до исполнителей (телевизионщиков, губернаторов etc.) и будут безусловно воплощены в жизнь. Если кто-то попробует сунуться за флажки, такого "возмутителя спокойствия" могут просто "отстрелить" (пардон, снять с дистанции). Интрига сохраняется по незначительным, второстепенным для режиссеров вопросам: преодолеют семипроцентный барьер "Справедливая Россия" и ЛДПР? Или будут существовать как внепарламентские партии? Преодолеют трёхпроцентный барьер СПС и "Яблоко"? Или будут лишены бюджетной дотации? Здесь ещё есть элемент непредсказуемости. Здесь "как Бог даст". Разработчики плана не будут даже забивать себе голову такими мелочами. Но вот получение "единороссами" конституционного большинства в парламенте даже не обсуждается, это императив.
Ещё меньше ассоциаций с демократической процедурой вызывают грядущие президентские выборы. Их правильнее назвать не выборами, а назначением с последующей ритуальной присягой граждан. Избирательный процесс превращается в видимость без содержания.
Нынешняя демократия в России напоминает отставленный в угол квартиры в качестве декорации сломанный диван, на который нельзя больше прилечь и присесть. Жителям квартиры от дивана никакого проку. Он всем мешает, его бы выкинуть пора, только выкинуть некуда. Разве что вынести во двор, да соседи ругаться начнут. Остаётся махнуть рукой – пусть стоит. Так и мы, хотя давно готовы к пожизненному правлению вождя и назначению всех чинов снизу доверху, терпим декоративную демократию и придумываем конституционные эрзац-заменители для третьего срока. Самим неудобно, зато соседи не ругают.
Эксперимент по внедрению демократии в России ставился дважды – в начале двадцатого века и в его конце. Оба раза неудачно. Первая попытка заняла 12 лет – с пятого года до семнадцатого. Второе пришествие демократии оказалось немногим длиннее – с восемьдесят девятого по две тысячи седьмой. Хотя уже выборы-2003 прошли в режиме вполне предсказуемом.
И в начале, и в конце века Россия оказывалась для демократии прокрустовым ложем. Внедрение новых форм управления всякий раз сопровождалось их силовым усекновением. Дважды, в 1906-м и в 1907-м годах распускалась Государственная Дума. Дважды были разогнаны и демократически избранные Советы: в 1991-м году Союзный и в 1993-м году Российский. Следует отметить, что в начале века демократические институты урезались их идеологическими противниками, поборниками самодержавия. В конце века, наоборот, эту функцию исполняли формальные приверженцы демократии. То есть, какой стороной избушку не верти, курьи ножки оставались прежними.
Интеллигенция раздосадована. Люди с обострённым чувством собственного достоинства не желают мириться с утратой своих прав. Нам хочется быть причастными к процессу управления страной, хотя бы раз в несколько лет. В провале демократического эксперимента нам мерещатся козни тёмных сил. В семнадцатом году всё испортила кучка большевиков (возможно, присосавшихся к деньгам германского генерального штаба). Сейчас, наверное, всё испортила кучка силовиков (возможно, присосавшихся к деньгам резервного фонда и сырьевых компаний). Злая воля некоторого количества людей на вершинах власти мешает нашему народу выстроить нормальное демократическое общество. Не слишком ли примитивное объяснение?
Присмотревшись внимательнее, начинаешь понимать: демократия в России отторгается не только на уровне Кремля. Демократия отторгается на молекулярном уровне общества, в самых простейших его ячейках.
Начнём с примеров достаточно крупных и заметных. Только ленивый оппозиционер не критикует культ Путина и не протестует против однопартийной системы. Но есть ли у нас хоть одна политическая сила, несущая в себе альтернативную модель управления? Где та российская партия, которая способна обеспечить внутри себя открытый полемический диалог, приводящий к смене лидера хотя бы через два парламентских цикла? Какую-то позитивную внутреннюю конкуренцию, позволяющую отбирать лучших, не раскалывая партийных рядов? Таких нет!
"Справедливая Россия" не обсуждает решений Миронова, как "Родина" не обсуждала решений Рогозина. ЛДПР – это диктатура Жириновского. "Яблоко" – монархия Явлинского. Может быть, КПРФ несёт в себе семена многопартийности? Это просто смешно! Пожалуй, какой-то элемент диалога и многополярности присутствует в СПС. Но, сдаётся мне, лишь до тех пор, пока Анатолий Борисович занят на государевой службе. А вот вернётся хозяин, и всех построит… Что касается внесистемной оппозиции, известной под собирательным именем "Другая Россия", то уже сейчас бескомпромиссная борьба, развернувшаяся в её рядах накануне предстоящих президентских выборов (именно бескомпромиссность и ожесточённость внутренней борьбы!), позволяет предположить, что внесистемное яблочко от системной яблоньки недалеко падает.
Спустимся в поисках демократических ростков на ступеньку ниже. Видел ли кто-нибудь, чтобы в каком-нибудь городе нашей страны бывший мэр или бывший губернатор (если только это не седой старец, руководивший при царе Горохе и не способный вернуться с заслуженного отдыха) допускался действующим мэром или губернатором в политическую жизнь? Чтобы два "отца города", предыдущий и нынешний, вместе решали какой-то социальный вопрос или хотя бы вместе поздравляли горожан с таким объединяющим всех праздником, как день Победы? Я лично не смог найти в памяти таких примеров. Предыдущий руководитель бесповоротно стирается из общественной матрицы.
Подойдём ещё ближе к народу. Знаем ли мы примеры, чтобы на каком-то предприятии при смене директора прежний шеф остался работать в команде на значимой должности? Такие случаи редки как уссурийские тигры. И новый начальник подобного не допустит, и старому достоинство не позволит. Оставить прежнего руководителя – значит, оставить теоретическую возможность выбора, основной элемент демократии! Но наши люди считают, что выбор в таких случаях неприемлем, допустимо лишь назначение.
Продолжим исследование, уже окончательно сливаясь с массами. В культовом фильме "Бригада" сусальными красками показано совместное ведение бизнеса (пускай и криминального) группой товарищей. Бывает, не спорю. Но на одну дружную бригаду (криминальную или не очень) вы легко сыщете в памяти десяток, рассорившихся вусмерть. И уж точно не вспомните ни одной, где бы лидер сменился, сохранившись после смены в обойме. Если лидер в России перестал быть лидером, он вылетает из команды. Вернуться он может только с боем и только извне.
Я обшарил мысленным взглядом всё пространство российского социума, и не нашёл ни одного демократического коллектива, ни одного ростка столь желанного для нашей интеллигенции общества! Профсоюз? Это фикция. ТСЖ? Как правило – инициатива одной пассионарной личности, возглавившей соседей. Община верующих? Она построена на иерархии, у протестантов ещё более строгой, чем у православных.
Помните, кто застал пионерское время, как выбирали председателя отряда? Пионеры сидели молча и ждали, кого классная предложит. Скажете, нас такими в советское время воспитывали, безынициативными исполнителями? Но сегодня приходят в детский сад молодые мамы и папы, при развале Союза ещё пешком под стол ходившие, не бывавшие ни в пионерах, ни в октябрятах,- и не могут сами выбрать родительский комитет. Воспитателю приходится пальцем показывать: ну давайте, Вы, Вы и Вы.
Всё, кажется, до самых глубин донырнул, до малышни сопливой. Демократии нет нигде.
Видимо, дело отнюдь не в руководителях государства, и не в большой политике. При самых благих намерениях не будет приживаться демократия в нашем обществе. Нельзя построить каменный дом, если нет камней.
Меня в своё время сильно озадачили слова Сергея Кара-Мурзы о различии России и Запада. Мол, там общество-рынок, а у нас общество-семья. Стал задумываться и согласился. Действительно так. У них президент – это менеджер, нанятый для управления огромной корпорацией под названием Страна. У нас президент – это отец огромной семьи. Отец бывает достойный или непутёвый, но в отличие от менеджера, сменить его можно лишь в чрезвычайных обстоятельствах.
Стоит задуматься, почему огромные массы нищего и полунищего российского населения предпочитают голосовать за Путина, который их социальными благами не баловал, и не желают голосовать за всевозможных левых? Да очень просто понять, если приложить матрицу семьи! Отец может всю зарплату пропить, или проиграть в казино, или заложить в "МММ" (Фонд стабилизации и т.д.), а детям принести две конфетки, улыбнуться и погладить по головке – и одним этим уже будет дорог. Ведь это наш папка родной домой вернулся! Мы его ни на какого богатого дядьку не променяем!
А вот представить себе, чтобы дети сказали: "что-то ты нас, папа, плохо кормишь. Иди-ка вон, а мы выберем себе другого, более заботливого!"- практически невозможно. Это уже полная деградация семейной морали. Отца не выбирают, отец даётся свыше.
Семейная матрица позволяет объяснить и поведение руководителей, избавляющихся от предшественников. Много Вы знаете семей, созданных во втором браке, и при этом вывешивающих в квартире фотографии первых супругов? Да это скандал! А чтобы "первый" на семейный ужин пришёл? Участвовал в решении семейных вопросов? Да ещё грезил о возвращении в не столь отдалённом будущем? Никогда!!!
Никакой отец, глава семейства, такого не позволит. И мать, в свою очередь, отцовскую "бывшую" на порог не пустит. Даже с собственными детьми общаться не всякому "бывшему" позволят, а уж если он начнёт через детей на квартиру претендовать… догадайтесь, что с ним тогда надо сделать? Да то же самое, что делают сменщики с бывшими мэрами и бывшими губернаторами!
Можно ли из общества-семьи сделать общество-рынок? Два раза пробовали – два раза не получилось. Можно попробовать в третий раз. Надежда умирает последней. Трофим Денисович Лысенко полвека назад тоже надеялся, что пшеницу можно "перевоспитать" в рожь. А различия в генетической природе этих растений объявлял буржуазными сказками.
Сдаётся мне, что это как раз наш случай. Речь идёт о разной генетической природе российского и западного обществ. Пока мы эти различия не выявили и не осознали. А из-за несовершенства социальных знаний безуспешно пытаемся совершить в политике то, что недавно пытался совершить Лысенко в биологии, и давным-давно – искатели "философского камня" в химии.
Следует ли считать эту статью реквиемом по российской демократии, а автора записывать в её могильщики? Думаю, что нет. Просто во всём нужна мера.
Заимствовать различные западные достижения, в том числе касающиеся общественного устройства – старая отечественная традиция. Но приживались у нас лишь те новшества, которые не разрушали сердцевину российского общества.
Продолжая биологические параллели, замечу: Трофим Лысенко пытался сломить природу растения, из одного сделать другое, а Иван Мичурин прививал черенки, сохраняя основной корень. Лысенко потерпел фиаско. Мичурину сопутствовал успех.
Демократия в России сможет развиваться, если встроится в структуру патерналистского общества, займёт свои ниши и лакуны, не угрожая самой традиционной иерархии (или, как теперь модно говорить, вертикали власти). При этом доза демократических перемен не должна превышать "предельно допустимую концентрацию" для не привычного к демократии обывателя.
Сейчас, с высоты ста лет, прошедших после первого эксперимента, следует признать, что наибольший потенциал демократического развития страны накануне революции несли в себе октябристы – консервативная, конституционно-монархическая партия. Дальше, левее их, уже с кадетов – начинался конфликт с традиционным обществом, начиналось противостояние, начиналось сползание в катастрофу. Октябристы закладывали тот зародыш, который, развиваясь в течение десятилетий, мог привести к конструктивной, неантагонистичной сменяемости власти определённых уровней. Хотя в глазах прогрессивной общественности своего времени они, безусловно, выглядели придворными приспособленцами, почти сомкнувшимися с охранительным черносотенством. Говоря современным языком, выглядели "кремлядью".
"Кремлядь" николаевских времён давала шанс на демократию. Какой шанс дала стране принципиальная несгибаемая позиция прогрессивной общественности – читайте у Варлама Шаламова и Александра Солженицына.
Сегодня робкий зародыш неантагонистичной демократии можно обнаружить в "Справедливой России". Не вступая в конкуренцию с патерналистским устройством общества, не подвергая сомнению отцовство верховной власти, эта искусственно созданная, выведенная кремлёвскими садовниками партия даёт некоторый шанс на конкурентную сменяемость власти хотя бы определённых уровней (как это было в случае мэра Самары и ставропольского заксобрания).
Если мы имеем в виду президентские выборы, то разница между "Единой" и "Справедливой" в самом деле нулевая, это части одного "кремлевского тела". Но на региональном уровне они воистину конкурируют. Причём конкуренция в условиях "укрепления вертикали" возможна только благодаря "общей крыше". Так отец разрешает младшему и старшему сыну поспорить, кто сегодня будет кататься на общем семейном автомобиле. "Чужому" ничего подобного не позволят.
Чтобы русское общество привыкло хоть к какой-то действенной политической конкуренции, ему необходимо пережить целую эпоху подобного регулируемого, внутрисемейного соперничества. Серьёзную эпоху длиной в десятилетия. Вряд ли может быстрее привиться социальный "черенок". Для кого-то эволюционный путь покажется нудным и скучным, но это реальная альтернатива событиям, "интересным для историка и печальным для современника".
Правда, черенки тоже не всегда прививаются. Очень вероятно, что лет через пять-десять мы снова будем жить в строго однопартийном государстве, с упорством Трофима Денисовича мечтая о третьем эксперименте.
1-й заместитель председателя Тульской Областной Думы
Владимир Тимаков
http://www.rusk.ru/st.php?idar=8946
Ответить с цитированием
  #2  
Старый 30.11.2007, 18:34
Аватар для Михаил Конопля
Михаил Конопля Михаил Конопля вне форума
Заблокирован
 
Регистрация: 15.09.2005
Адрес: Протвино
Сообщения: 1,844
Вес репутации: 0
Михаил Конопля - роза среди колючек Михаил Конопля - роза среди колючек Михаил Конопля - роза среди колючек Михаил Конопля - роза среди колючек
Сообщение Демократия в России. ВЫБОРЫ

Демократия в России
ВЫБОРЫ

Александр КАЗИН,
профессор, доктор философских наук
Приближаются очередные думские и президентские выборы. Все их участники без исключения клянутся в том, что они демократы, то есть выражают волю народа. Но в чём же состоят подлинные народные интересы? И кто их лучше выражает?
РУССКАЯ МАТРЁШКА
Самое любопытное заключается в том, что сам российский народ (или «электорат», как нынче принято выражаться) ни в какую демократию, по существу, не верит и решения главных своих проблем от неё не ждёт. Согласно, например, опросам ВЦИОМа, только 7,7% россиян в 2004 году полагали, что объединить российское общество могут идеи демократии, свободы и прав человека. Вспомним, что вплоть до февраля 1917 года у власти в России находился христианский государь – случай для просвещённой Европы немыслимый. Более того, даже после трёх революций начала ХХ века российская (советская) власть сохранила свою персонифицированную сакральную природу – институт партийно-государственных вождей. Советская империя (при всём своём официальном марксизме) может интерпретироваться как извращённое идеологическое наследие царской идеи – неслучайно в Красной армии воевало даже больше царских офицеров, чем в белых («демократических») войсках.
Что касается современности, то у нынешнего президента Российской Федерации по Конституции полномочий не меньше, чем у последнего императора, – это ли не свидетельство традиционного для России способа построения духовно-государственной вертикали. В чём же дело? Неужели в каком-то изначальном «антидемократизме» русского народа, имеющего за плечами тысячелетнюю историю?
Дело в том, что принадлежащий к российской цивилизации человек осуществляет в своей совокупной деятельности глубинные принципы восточнохристианского мироотношения – не конфуцианско-китайского и не протестантско-немецкого, а именно православно-русского. Со времён Чаадаева русская мысль стала задумываться о том, что Россия – страна не европейская, существующая по какому-то другому принципу. Как выразился однажды Бердяев, русская история, скорее, случается, чем происходит, – и это совершенно закономерно в православно-русской цивилизации, развёрнутой в отличие от Европы по религиозной вертикали, а не по прагматической горизонтали.
Возможно, Россия сегодня – это единственная в мире страна, в цивилизационной основе которой лежит устойчивая духовно-онтологическая структура, воспроизводящая себя под разными именами и знамёнами на протяжении вот уже тысячи лет.
Внешне она напоминает знаменитую матрёшку, в сердцевине которой находится религиозно-языковое ядро – православная вера и славяно-русский язык. Вокруг этого ядра с течением времени наращиваются культурные оболочки, ближайшая из которых – собственно культура (миропонимание, искусство, нравственность). Далее следует оболочка социальная, общество в широком смысле этого слова, которое у нас неотрывно от государства («царская идея» русской истории). Наконец, третий слой – это технологии, включая сюда всю совокупность «рабочих органов» цивилизации, от сельского хозяйства до компьютеров и полётов в космос. Далеко не случайно, кстати, что первым в космосе оказался русский человек.
БОГАТСТВО И ВЛАСТЬ
Одним из главных социальных последствий указанной кольцевой структуры («русской матрёшки») явилось наше национальное отношение к собственности и свободе, которое на Руси никогда не было священным.
Собственность и богатство принимались на Руси в той мере, в какой они не противоречили христианскому мировидению. Коль скоро это противоречие становилось слишком явным, указанная собственность революционно отменялась, разрушалась, изымалась, воровалась и так далее. «От трудов праведных не наживёшь палат каменных» – известная русская пословица. Примерно такое же отношение у нас к свободе, которая даже фонетически звучит как «с волей Бога».
В этом смысле служилыми сословиями на Руси были все: и дворянство, и крестьянство, и купечество. Все понимали (лучше сказать, чувствовали), что державная вертикаль в России – не чья-то выдумка или «отсталость», а естественная и даже единственно возможная форма социальной организации народа, который хочет жить не по выгоде, а по правде. Отношение к власти у нас традиционно является сакральным. Государство на Руси (а государство вообще – это организованная воля к власти) успешно действует лишь в той мере, в какой оно несёт на себе священную харизму – нет власти не от Бога. Коль скоро оно эту харизму утрачивает, в стране начинаются кризисы, смуты, революции, гражданские войны. «Не приведи бог видеть русский бунт – бессмысленный и беспощадный».
Конечно, такая «государственная вертикаль» в огромной стране нравилась не всем. Против неё боролись и декабристы 1825 года (утописты-идеалисты), и февралисты 1917-го (материалисты-прагматики). Наиболее радикальный проект перестройки отечественной цивилизации был задуман и частично осуществлён на наших глазах, в ходе переворота 1991–1993 годов, когда сформированная Горбачёвым–Ельциным и их окружением «ликвидационная команда» отменила не только Советский Союз, но и вообще всякую укоренённую в национальной традиции власть в стране, передав управление шестой частью света переродившейся партноменклатуре в союзе с теневым капиталом (отечественный вариант плутократии). Возникла так называемая семибанкирщина, занятая в основном продажей национальных природных ресурсов за границу (и переводом туда же вырученных от этой операции капиталов). Если реальный «бог» – деньги, то стоит ли соблюдать перед ним достоинство, честность, простую порядочность? Если Бога нет, то всё позволено. Вы разве ждали чего-нибудь иного, господа?
ИЗБИРАЕМЫЙ ГОСУДАРЬ
В одном из своих выступлений заместитель руководителя президентской администрации В. Сурков выделил три особенности традиционной русской политической культуры – централизацию власти, её идеализацию и персонификацию. Несмотря на новейшую терминологию, тут нет ничего нового. По существу, именно об этом твердили все сколько-нибудь чуткие к своеобразию своего Отечества мыслители ХIХ–ХХ веков, причём как традиционалисты, так и либералы. Именно К. Кавелину – теоретику русского либерализма – принадлежит глубокая формулировка: «В идеале русском представляется самодержавная власть, вдохновляемая и направляемая народным мнением. Сама история заставляет нас создать новый, небывалый своеобразный политический строй, для которого не подыщешь другого названия, как – самодержавной республики». Под этой формулой подписывались – и прежде всего делами своими – практически все значительные (но не разрушительные!) деятели русской истории.
Вряд ли мы ошибёмся, если отметим сегодня медленное, противоречивое, с зигзагами и отступлениями, но всё же движение России в сторону восстановления своего статуса цивилизации-субъекта мирового процесса, обладающего духовным, культурным, политическим и экономическим суверенитетом.
Конечно, чтобы осуществить этот проект на деле, России потребуется вождь (общенациональный лидер). Из того состояния, до которого её довели наши «демократы», другого выхода просто нет.
Русский народ не любит юриспруденцию и не поклоняется правам человека – он любит своего избранника, за которым чувствует Божью руку. Только харизматику – «отцу нации» – по силам объединение российского населения (христиан, националистов и атеистов, белых, красных и жёлтых, радикалов и либералов) в способное на осмысленное действие социальное целое. Не компрадорская буржуазия или продажная бюрократия (им Россия чужда), а именно союз общенационального лидера с большинством народа нужен сегодня нашей стране. Оптимальной духовно-культурной и политической фигурой такого рода для России был бы законный государь. Однако царя, по точному слову И.А. Ильина, надо заслужить.
Нужна переходная форма от псевдодемократии к действительной народной монархии. Такой формой на Руси ХХI века могла бы стать авторитетная президентская власть, реализующая себя одновременно «сверху вниз» – от народного идеала и «снизу вверх» – от повседневной социальной практики и местной инициативы. Прав был политолог Александр Панарин: «В русской истории действуют два тайных принципа – союз грозного царя с народом против изменников-бояр и союз пророчествующей церкви с «нищими духом» против сильных и наглых».
Было бы замечательно, если бы у нашей правящей элиты хватило ума и воли внести в Конституцию «бессрочную» избираемость президента – до тех пор, пока его хочет большинство народа. Если этого не произойдёт, «избираемый царь» фактически будет управлять страной независимо от личности, занимающей в данный момент высший пост в государстве («коллективный Путин», «Единая Россия» под его руководством и т.п.). Именно такое положение дел побуждает многих наших соотечественников сегодня убеждать В.В. Путина выдвинуть свою кандидатуру на третий срок президентства, причём ни у кого нет сомнения, что если бы он на это решился, народ бы снова его избрал подавляющим демократическим большинством голосов.
Что касается отечественных политических партий, то они в России всегда являлись не столько политическими, сколько мировоззренческими, например «восточническими» (КПРФ) или «западническими» (СПС, «Яблоко»). Менять мировоззрение каждые четыре года – слишком большая роскошь для любой страны, особенно для России, где это прямо чревато периодической гражданской войной.
«ЧИСТАЯ» ИЛИ «СУВЕРЕННАЯ»?
Положение общенародной державной партии в принципе могла бы занять «Единая Россия», но для этого ей необходимо кроме «любви к президенту» выработать внятную идеологическую позицию. Высшую духовную и культурно-политическую цель подобной идеологии можно было бы определить как единство государственной истины и народной справедливости – ту самую русскую правду, о которой на Руси вели речь со времён Ярослава Мудрого.
В случае ориентации на указанный идеал российская Государственная Дума стала бы современным продолжением знаменитых московских Земских соборов, где не было бы «купленных» политиканов-лоббистов и где функции обратной связи народа (гражданского общества) с властью исполняли бы две крупные фундаменталистские партии – «единые» и «справедливые», «государственники» и «народники». В современном раскладе политических сил это могли бы быть, например, «Единая Россия» и «Справедливая Россия». Нашлось бы там место и для эксцентриков-маргиналов – «оранжевых», «зелёных», «голубых».
В отличие от «теплохладного» Запада, ориентированного на удовольствие и комфорт, в России ещё всерьёз спорят о смысле жизни, и наша политика выносит эти споры на улицу – вплоть до расстрела царской семьи или Верховного совета. Именно по этой причине в нашей стране за один ХХ век произошло по меньшей мере шесть революций. Как бы то ни было, неограниченная конкуренция политических – а по сути, идейных и социально-культурных – антагонистов грозит России перманентным хаосом, то есть национальным самоубийством.
Подводя итог, подчеркнём, что демократии как таковой, «чистой» демократии нет нигде, особенно на Западе. Америкой, например, реально правят «300 семейств», а после выборных спектаклей меняются только фотографии жён на столе президента. Если современное Российское государство хочет действительно выражать волю народа к единству и справедливости, ему следует открыто признать, что российская демократия отнюдь не чужда аристократическим (патриотическая элита) и монархическим (сильная авторитетная личность во главе страны) формам – наоборот, она предполагает их в качестве естественных элементов национальной соборности.
Собственно, это и есть суверенная российская демократия в отличие от сниженных и даже пошлых её вариантов, когда под флагом свободы разрушается сам образ человека и народа, а реальная власть принадлежит олигархическим кланам и сетевым корпорациям. Русская политика – это выбор между добром и злом, а не между марками автомобилей. Тому, кто не хочет или не может этого понять, придётся без конца жаловаться на «эту страну».
Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей - 0 , гостей - 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете прикреплять файлы
Вы не можете редактировать сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход

Праздники сегодня

 

 

Реклама на форуме

Помочь форуму:

Я-деньги № 4100154088247

Яндекс.Метрика

 

 
Часовой пояс GMT +3, время: 23:25.


vBulletin v3.6.2, Copyright ©2000-2018, Jelsoft Enterprises Ltd.
Русский перевод: zCarot, Vovan & Co
Администрация форума не несет ответственности за содержание сообщений на форуме.